Тактильное ощущение
Тактильное ощущение даёт нам понятие о качестве, цене и других вещах более высокого уровня. В Sony, где я работал до Disney, я долгое время сотрудничал с людьми, которые создавали дорогие звуковые усилители. Придумывая для них регуляторы, мы должны были сделать так, чтобы они медленно поворачивались. Эти системы были дорогими, и если люди платят за них 2000$, то они понимают, что если «колесико» легко поворачивается — это дешёвка, и такие большие деньги платить не стоит. Мои друзья, которые занимаются дизайном в BMW, много времени тратят на то, чтобы дверь закрывалась с таким правильным щелчком, с удовлетворением. Если этого нет, то ясно, что это не BMW, а какая-то китайская подделка.
Мама, мы все тяжело больны
Я впервые услышал эту песню от «Молока стакан», на концерте в «Кукушке». Солист её так протяжно, заунывно пел — очень понравилось. Казалось бы, только так она и может исполняться. Потом услышал оригинал и был весьма удивлён — она оказывается быстрая, ритмичная. Не то чтобы я считаю, что Цой её неправильно пел, но коль скоро, он у нас персонаж почти народный, считаю, что каждый имеет право на своё виденье его текстов и музыки (просто у истинных поклонников Виктора какой-то великий батхёрт, когда Цоя в могиле лишний раз вращают). Это у меня, короче, оправдание такое =)
А вообще, очень хочется делать каверы на всякие вот такие уже замыленные русские песни, придавать им новое звучание, показывать, как они ещё могут ощущаться. Каверы, да поможет мне Ромка, ещё будут.
Под эти цели хочу сделать в квартире, какой-никакой, студийный свет (так-то у меня сильно темно прям). В этот раз мы снялись в МКЦ ТПУ — папа подсобил — но как-то оно сильно геморно: приходится таскать инструменты туда, да и со временем у них всё плотно, совсем уж филигранно записаться не получается.
A Frozen Tale
Сетап туры
Люто-бешено люблю пыриться на чьи-то рабочие места, от чего раньше частенько залипал на всякие фотки красивых рабочих столов, комнат или студий. А недавно выяснил, что на ютубе есть целый класс видосов — setup tour. И понеслась. Вот, отобрал, что больше всего понравилось.
Всегда интереснее, когда рабочее место не нанизано на один единственный мак (90% всех сетапов), а есть хитрые связи между девайсами и любопытный cable managment (в упор не знаю, как это перевести лучше, короче, провода аккуратно разложены). Ну и плюс, всё хотел затестить вкладывание видосов в фотораму — листается =D
Парфёнов
Садимся за стол. «Вот, базовое бургундское, — Леня откупоривает бутылку. — Покупается огромными партиями, чтоб скидка была». Для любителей конкретики сообщаю: скидки начинаются со сто первой бутылки. Парфёнов пьет красное как воду — без него, говорит, за едой ощущение сухомятки. Думаю, привязанность к вину еще и следствие его ядерного темперамента, с которым непросто жить в наших угрюмых широтах. Когда Егор Гайдар привез в подарок свою книгу об экономических реформах «Долгое время», Парфёнов воскликнул: «Опять долгое время? Сколько же еще ждать, Егор Тимурович?» Гайдар ответил: «Кто ж виноват, что вы в своей вологодской деревне таким итальянцем родились?» Я бы даже сказал, сицилийцем. Выбор журналистики — это тоже, конечно, темперамент. В команде «Намедни» Парфёнов был самым старшим — и самым юным. Ни у кого так не горели глаза, никто так не возбуждался от очередного инфоповода. И уже потом от него поджигались все мы. Увидев корреспондента с потухшими глазами, он говорил уже без всякого изящества: «Раздрачивать себя надо, касатик, раздрачивать. Или менять профессию».